БУЛАТ ОКУДЖАВА

 

Булат Окуджава Шалвович

 
Главная
Биография
Статьи
Звания и награды
Книги
Стихи и песни
Аккорды

На правах рекламы:

 

 

 


Стихи и песни Булата Окуджавы


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н
О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Я

В карете прошлого

1

В карету прошлого сажусь. Друзья в восторге. 
Окрестный люд весь двор заполонил. 
Тюльпаны в гривах вороной четверки, 
и розу кучер к шляпе прицепил. 
С улыбкою я слышу из-за шторки 
ликующий шумок скороговорки... 
Не понимаю: чем я угодил? 
Как будто хлынул свет во все каморки, 
которыми кишат еще задворки, 
как прошлого неповторимый жест... 
Не понимаю сути сих торжеств. 

2


Я что хочу? В минувший век пробраться. 
Быть может, там -- секреты бытия, 
что так бездарно в канувшем таятся 
и без которых нынче жалок я. 
Вот и рискую. А куда деваться? 
И обойдусь, такое может статься, 
без ваших правд и вашего вранья. 
Как просто все! Чего же тут бояться? 
И визы ведь не нужно добиваться, 
и всяких циркуляров и словес, 
пожалованных будто бы с небес. 

3


Мы трогаемся. Тут же ироничный, 
глумливый хор арбатский слышен вслед. 
Как понимать? На мне костюм приличный, 
не под судом, долгов как будто нет. 
Я здесь рожден, я баловень столичный, 
к мытарствам и к хуле давно привычный... 
Не понимаю, чем я застю свет? 
Кому мешает мой поступок личный? 
Чей шепоток несется фанатичный, 
что мне, мол, не уехать далеко?.. 
Не понимаю: едется легко. 

4


Откинувшись, я еду по бульварам, 
Пречистенке, Никитской и Сенной. 
Вот дворник с запотевшим самоваром, 
а вот субботний митинг у пивной, 
где некто норовит надраться даром. 
Его городовой порочит с жаром, 
а барышня обходит стороной. 
Попахивает анекдотцем старым 
с папашей-недотепой и гусаром... 
И в этот водевильный ералаш 
въезжает мой стерильный экипаж. 

5


Стоит июль безветренный и знойный, 
на козлах кучер головой поник, 
Мясницкою плетется скот убойный 
(народ не только баснями велик). 
Виновного в тюрьму ведет конвойный, 
и оба лучшей участи достойны, 
но каждый к этой участи привык. 
Прошла война, грядут другие войны, 
их воспевает бардов хор нестройный, 
героев прославляя имена 
все те же, что и в наши времена. 

6


Минувшее мне мнится водевильным, 
крикливым, как пасхальное яйцо, 
под ярмарочным гримом, под обильным, 
лубочное блестит его лицо. 
Потряхивая бутафорским, пыльным 
отрепьем то военным, то цивильным, 
комедиант взбегает на крыльцо 
и голосом глухим и замогильным 
с каким-то придыханием бессильным 
вещает вздор, сивухою томим... 
Минувшее мне видится таким. 

7


И все-таки я навзничь пораженным 
не падаю. Не проявляю прыть. 
На всем пути, в былое протяженном, 
Америки, я вижу, не открыть. 
И не каким-то городским пижоном, 
а путником, в раздумья погруженным, 
я продолжаю потихоньку плыть, 
все тем же завсегдатаем прожженным, 
картинками из быта окруженным... 
Кого-то, знать, их правда потрясла, 
но не меня. Я не из их числа. 

8


И вижу: ба, знакомые все лица 
и речи, и грехи из года в год! 
В одежке, может, малая крупица 
нас различает -- прочее не в счет. 
Так стоило ли в даль сию тащиться, 
чтоб выведать, в чем разница таится? 
Уж эта ловля блох из года в год!.. 
Куда течешь, ленивая столица? 
Успел уже и кучер притомиться: 
он в этом разбирается весьма, 
хоть не учил ни счета, ни письма. 

9


Отбив бока и с привкусом отравы 
во рту, я поздно начал понимать: 
для поисков мифической державы 
вояжи ни к чему предпринимать: 
итоги их, как водится, лукавы, 
а за пределы выходить заставы -- 
ну разве что суставы поразмять. 
Дворовые пророчества, вы правы: 
я жертвой пал совсем пустой забавы, 
с которой с детства кем-то связан был... 
Движение я переоценил! 

10


"Дай Бог", -- я говорил и клялся Богом, 
"Бог с ним", -- врагу прощая, говорил 
так, буднично и невысоким слогом, 
так, между дел, без неба и без крыл. 
Я был воспитан в атеизме строгом. 
Перед церковным не вздыхал порогом, 
но то, что я в вояже том открыл, 
скитаясь по минувшего дорогам, 
заставило подумать вдруг о многом. 
Не лишним был раздумий тех итог: 
пусть Бога нет, но что же значит Бог? 

11


Гармония материи и духа? 
Слияние мечты и бытия? 
Пока во мне все это зреет глухо, 
я глух и нем, и неразумен я. 
Лишь шум толпы влетает в оба уха. 
И как тут быть? Несовершенство слуха? 
А прозорливость гордая моя? 
Как шепоток, когда в гортани сухо, 
как в просторечьи говорят: "непруха"... 
А Бог, на все взирающий в тиши, -- 
гармония пространства и души. 

12


Скорей назад, покуда вечер поздний 
движенья моего не перекрыл! 
И там и здесь -- одни и те же козни, 
добро и зло, и пагубность чернил, 
кровавой сечи шум и запах розни, 
хотя неумолимей и серьезней, 
но тот же, тот же, что и прежде был... 
И всякий день, то знойный, то морозный, 
нам предстает судьбою нашей грозной. 
История нам кажется дурной. 
А сами мы?.. А кто тому виной?.. 

13


И в наши дни, да и в минувшем веке, 
как это парадоксом ни зови, 
все те же страсти бьются в человеке: 
в его мозгу, и в жестах, и в крови. 
Всех нас ведет путеводитель некий, 
он сам приподымает наши веки, 
и нас сжигает то огонь любви, 
а то страданье о родимом бреге, 
то слепота от сытости и неги... 
А то вдруг распояшется толпа, 
откинув чубчик праздничный со лба. 

14


...Чем тягостней кареты продвиженье, 
тем кажется напраснее езда. 
Печально распалять воображенье, 
но расслаблять не стоит повода. 
Крушение надежд -- не пораженье, 
и наших лиц святое выраженье, 
авось, не исказится от стыда. 
Стакан вина снимает напряженье... 
Как сладостно к пенатам возвращенье! 
Да не покинем дома своего, 
чтоб с нами не случилось ничего.

1996

 

Главная | Биография | Статьи | Звания и награды | Книги | Стихи и песни | Аккорды